29

Мая

1862 — В своей должности был утвержден Николай Александ...

1918 — Передовые части восставшего чехословацкого корп...

1919 — Постановлением наркомата здравоохранения Серги...

Ещё события 29 Мая

Новая жизнь Михаила Анищенко

После того как Евгений Евтушенко дал высокую оценку творчеству самарского поэта Михаила Анищенко, сказав, что его стихи – лучшее, что появилось в русской поэзии за последние тридцать лет, и включил его произведения в «Антологию русской поэзии», это имя оказалось на слуху у любителей изящной словесности.

Автор: Вадим Карасев

Краткую биографию самарского поэта Анищенко написал для российского читателя не кто иной, как Евгений Евтушенко.

 

А между тем Михаил Анищенко — далеко не новичок в самарской литературе. Родился он в 1950 году. В семидесятые и восьмидесятые годы много печатался и издавался.

Кстати, не кто иной, как Евгений Евтушенко написал для российского читателя краткую биографию самарского поэта. «Михаил родился в рабочей семье, — писал Евгений Александрович в «Новых известиях». — Родители были литейщиками, да и он сам — поначалу. Но крестьянская кровь предков сказалась в характере, потянула к природе, к народным песням, а потом уже и к собственным стихам. В 1977 году его приняли в Литинститут. В 1979-м вышла в Самаре первая книга — «Что за горами». ЦК комсомола дал ему премию им. Николая Островского. Комсомольским боссам требовались поэты, которых можно было бы выставить против шестидесятников. Но Анищенко не давался в руки, как, впрочем, и Рубцов, с которым у меня была самая братская дружба. Но, как Есенина и Рубцова, московская псевдобогемная воронка закрутила, завертела Мишу. Его трижды исключали из института — за что, объяснять не надо, — и он получил диплом лишь в 1988 году. Каким-то образом во время перестройки стал одним из помощников самарского мэра. Но, увидев, как люди не выдерживают испытания властью и деньгами, проникся идиосинкразией к политике. Уехал в деревню, несколько лет пытался жить одним огородом. Раздражал своей откровенностью и непохожестью тех, кто любит паханствовать. Из зависти и в отместку его начали преследовать, даже избили. Когда я дозвонился до него и спросил, чем он занимается, невесело ответил: «Бомжую...» А потом прислал мне две дискеты со стихами — одно лучше другого. Я тут же составил его книгу, назвал ее по одному из стихотворений — «Оберег».

Во второй половине восьмидесятых годов Михаил Анищенко работал в газете «Волжский комсомолец». Это был период взлета и огромной популярности газеты. Одним из самых ярких и азартных «игроков» в ее команде был Михаил Анищенко, тогда корреспондент отдела рабочей и сельской молодежи. Громкий, порою занозистый, но никогда не державший камня за пазухой и беззащитно открытый. Распад команды совпал с распадом государства. Кто-то стал известен на всю страну (как редактор «Новой газеты» Дима Муратов), кто-то уехал за границу, кто-то ушел в бизнес, кто-то продолжает работать журналистом, а кого-то уже нет на белом свете.

Каким-то образом во время перестройки стал одним из помощников самарского мэра. Но, увидев, как люди не выдерживают испытания властью и деньгами, проникся идиосинкразией к политике. Уехал в деревню, несколько лет пытался жить одним огородом.

 

Раскол в обществе и в душах отразился и в стихах Анищенко — трагических, порою безысходных стихах, заставляющих вспомнить о судьбе таких поэтов, как Есенин и Рубцов. И это мироощущение совпало с мироощущением многих людей переломного времени. Что и требуется от большого поэта. Может быть, поэтому Евгений Евтушенко в своей статье, открывающей подборку стихов Анищенко в «Антологии русской поэзии», назвал его Веничкой Ерофеевым из Самары.

Его поэтический мир пропитан запахом трав и речной воды возле причала. Этот мир наполнен небом и безбрежными российскими просторами:

В моей душе одна любовь,
Одна, но вечная зарница!
Мне отдают сегодня кровь
Ромашки, бабочки и птицы.

В этом мире Волга становится пограничной рекой, за которой «вековой разлад», и возникает ощущение, что заплутал человек в погоне за призрачными благами, очутившись в кабале города.

Несколько лет назад поэт ушел со службы в городской администрации, долгое время он прожил в уединении в Шелехмети. Тема бегства, прощания одна из ключевых в его поэзии:

Во второй половине 80-х годов Анищенко работал в газете «Волжский комсомолец».

 

От квартир унылых и от буден
Выбросили верные ключи.
Жить теперь по-новому мы будем?
«Будем!» — откликался я в ночи.
Тополя шумели у причала,
Теплоход спасительный кричал.
Мы с тобою все начнем сначала?
«Да, начнем!» — тебе я отвечал.

Человек и поэт совпали. Реальная отрешенность Михаила Анищенко от быстро текущей жизни с ее страстями стала не поэтическим образом, а правдой. В этом его спасение и судьба.

Враки, что кончилось счастье,
Что подступает беда.
Просто в такое ненастье
Мало кто едет сюда.

Во многих его стихах трогательная, почти безнадежная попытка достучаться до сердца человека, оказавшегося в кабале цивилизации, чтобы освободился он от шелухи буден и оказался один на один с огромным, бесприютным, но свободным миром природы:

Перед самарской литературной публикой Михаил Анищенко появляется редко. Но каждое его выступление в Самаре становится событием.

 

Забудь слова, приметы, лица
И, счеты с миром не сводя,
Попробуй взять и раствориться
В холодных капельках дождя.
Попробуй тихо, неумело
Войти в деревья и ветра.
Пусть без тебя побудет тело
На мокрой лавке до утра.

Но и вдали от города и его страстей нет покоя человеческому сердцу:

Старый дом. Нелепый случай.
Ничего здесь не найти.
Есть куда податься тучам.
Небу некуда пойти...
Как все пусто и нелепо
На любом земном пути.
Вот и все. И мне, как небу,
Больше некуда пойти.

Поэт космически одинок. По определению. И остается только любить «темноту после света и рождение снега во тьме» и прислушиваться к голосу природы-утешительницы, которая уравнивает всех:

Хорошо мне от тихого дождика.
Хорошо, что у храмов и слег
Для святого отца и безбожника
Одинаково сыплется снег.

Перед самарской литературной публикой Михаил Анищенко появляется редко. Но каждое его выступление в Самаре становится событием. Так, он встречался с самарскими студентами на фестивале «Созвездие мысли, слова, образа и звука». Главный наказ, который им дал поэт, был таким: «Никогда ничего не бойтесь. Дорожите теми днями, которые у вас есть. Надо торопиться. И если что-то пишется, надо писать».

На встречах с читателями Михаил Анищенко не боится говорить о сложных и мистических вещах. Например, о судьбе легендарного изобретателя Бартини, который приехал в советскую Россию в начале двадцатых годов и оказал больше влияние на ее культуру. Проведя литературоведческое исследование, Анищенко пришел к выводу, что Булгаков был хорошо знаком с Бартини и даже находился под его влиянием.

Вот уже долгое время Анищенко изучает булгаковский роман «Мастер и Маргарита» под мистическим углом. И, как считает самарский писатель, это повлияло и на его жизнь. Не без влияния Булгакова был им создан и роман-феерия «Квадрат тумана», опубликованный в журнале «Русское эхо» (в № 1 за 2008 год). В романе соединены сложнейшие социальные вопросы нашего времени с философскими и мифологическими исканиями.

Восьмая книга Михаила Анищенко, «Открылась бездна звезд полна», стала полной неожиданностью для читающей публики. Прежде всего, благодаря своеобразию авторского взгляда на одну из самых таинственных фигур мировой литературы — Вильяма Шекспира.

За последние время из-под пера писателя кроме книги о Шекспире вышли еще два романа, три новых поэтических сборника (около четырехсот стихотворений) и несколько пьес.

Версия для печати
Комментарии
Авторизоваться через: Вконтакте facebook twitter google yandex Mail.ru
Ваше имя:
Комментарий:
Код с картинки: