2

Марта

1804 — 2 (по новому стилю 14) марта родился Алексей Василь...

1883 — Купец О.К. Кеницер открыл в Самаре торговлю сельс...

1898 — Самарская городская дума образовала комиссию по ...

1929 — Самарский окрисполком рассмотрел проект железо-...

Ещё события 2 Марта

Операция «Экспроприация»
 

Как боевики партии эсеров ограбили почтовый экипаж в Самарском уезде и взяли большой куш

Автор: Валерий Ерофеев (по материалам Волжской коммуны)

Трагические события 105-летней давности в советской историографии называли Первой русской революцией. И тогда, как это всегда бывало во времена общенародных потрясений, беспорядками в стране умело воспользовались полукриминальные элементы. Вот одно из характерных происшествий тех лет, сведения о котором хранятся в Государственном архиве Самарской области (ГАСО). Материалы эти были опубликованы впервые в газете «Волжская коммуна».

Засада на дороге

«Секретно. Экстренно. 4 октября 1907 года. Начальнику Самарского губернского жандармского управления. Сегодня в 8 часов 20 минут утра пятью злоумышленниками ограблен почтовый экипаж, следовавший из села Студенцы на станцию Безенчук. Почтальон ранен. Похищено 30394 руб. казенных денег. Прошу Ваших указаний по производству следствия и розыску грабителей. Пристав Воронков».

4 октября 1907 года пятью злоумышленниками ограблен почтовый экипаж, следовавший из села Студенцы на станцию Безенчук. Почтальон ранен. Похищено 30394 руб. казенных денег. Тридцать тысяч по дореволюционным деньгам — сумма просто невероятно огромная.

 

Тридцать тысяч по дореволюционным деньгам — сумма просто невероятно огромная. Поэтому по приказу полковника Михаила Боброва, начальника Самарского губернского жандармского управления (СГЖУ), на место происшествия немедленно выехал ротмистр Владимир Орлов. В середине дня 4 октября он уже был в Студенцах. Здесь жандармского офицера встретил помощник пристава Алексей Егоров, который доложил ему о предварительных результатах расследования.

По словам Егорова, злоумышленники, скорее всего, заранее знали о проезде по трассе почтового транспорта, поэтому четверо из них дожидались его примерно в двух верстах от деревни, спрятавшись в придорожных кустах. Когда экипаж приблизился к месту засады, двое налетчиков схватили лошадей под уздцы, а остальные наставили револьверы на седоков. При этом стражник Федор Пресняков не только не оказал грабителям никакого отпора, но как раз наоборот — убежал от них в поле, напрочь забыв про собственное оружие. О своем револьвере он вспомнил только в Студенцах, когда добрался до дома земского начальника Медведева.

Сопротивление бандитам попытался оказать только почтальон Федор Прохоров, за что и получил пулю в бедро. После этого налетчики связали 77-летнего ямщика Владимира Латунова, забрали почтовую сумку с деньгами и скрылись в кустах, где, как потом выяснилось, их уже поджидала бричка с пятым участником. Помощник пристава Егоров с добровольными помощниками пошел по ее следу, который привел в соседнюю деревню Ольгино, расположенную в десяти верстах от места происшествия. Здесь след оборвался у дома сельского старосты Федора Никитина...

Боевик с мешком

Находившиеся в это время во дворе сын старосты Кузьма и его родственник, здешний учитель Николай Иванов-Мартынов, едва завидев людей в форме, бросились было бежать, но их тут же задержали. А в конюшне старосты Егоров обнаружил двух взмыленных лошадей, на которых явно ездили не более часа назад. Путаные объяснения обоих Никитиных о том, что они якобы сегодня утром выезжали за сеном, полицейского не убедили, потому что никакого сена во дворе не оказалось. В результате всех троих отвезли в Студенцы и заперли в арестантскую.

Однако в ходе тщательного обыска в доме Никитиных и в прилегающих строениях денег так и не обнаружили. И тут кто-то из сельчан вспомнил, что часа три-четыре назад в город на своей телеге отправился Лаврентий Иванов-Мартынов — отец задержанного учителя. При этом на возке вместе с ним сидел какой-то незнакомец городского вида. За уехавшими была организована погоня с участием самого ротмистра Орлова, который лишь на другой день нашел Иванова-Мартынова на Троицком базаре в Самаре, где тот торговал курами.

Уже через несколько дней следствие получило в свои руки неопровержимые доказательства того, что вооруженный налет на почтовый транспорт совершила боевая группа партии социалистов-революционеров (эсеров), которая таким способом существенно пополнила свою партийную кассу.

 

На вопрос о том, кто такой его попутчик и где он сейчас, Лаврентий простодушно рассказал, что это был Иван Григорьев, служащий канцелярии самарского губернатора, знакомый его сына Николая. Вчера Григорьев неожиданно приехал к ним поздним вечером, и сын сказал, что горожанин у них переночует. А утром старик подвез гостя до переправы через реку Самару. Куда тот направился дальше, сельчанин не видел. При этом он вспомнил, что с собой у Григорьева был большой вещмешок, который тот нес за спиной.

Уже через несколько дней следствие получило в свои руки неопровержимые доказательства того, что вооруженный налет на почтовый транспорт совершила боевая группа партии социалистов-революционеров (эсеров), которая таким способом существенно пополнила свою партийную кассу.

Деньги для партии

В жандармском управлении Лаврентий Иванов-Мартынов по фотографии сразу же опознал своего попутчика. Им оказался Иван Терентьев, который ранее уже был известен охранному отделению как активный боевик партии эсеров. В 1905 году Терентьева задерживали в Пензе за покушение на полицейских, однако вскоре он сбежал при конвоировании, перешел на нелегальное положение и затем участвовал как минимум еще в трех «экспроприациях». В Самару Терентьев приехал в начале лета 1907 года, и по поддельным документам на имя Григорьева сумел устроиться на временную работу писцом в канцелярию самарского губернатора.

Штаб-квартиру боевиков в районе Хлебной площади жандармам удалось вычислить благодаря действиям своей агентуры. В ночь на 9 октября здесь арестовали Терентьева-Григорьева, а также его подельников, тоже принимавших участие в ограблении почтового экипажа. Среди них оказался организатор «экса» — служащий губернской земской управы Иван Михайловский, он же — руководитель ячейки эсеровской группы, а также бывший матрос Николай Козырев, в партийных рядах известный под кличкой Гаврик.

В ходе следствия был выявлен еще один пособник грабителей — Евсей Мурин, земский десятник общественных работ села Студенцы. Как оказалось, он специально устроился на это место два месяца назад, чтобы разведать, в какие дни со здешней почты отправляются казенные деньги, какие перевозятся суммы и с какой охраной. Но при этом сам в налете утром 4 октября не участвовал, поэтому решил не увольняться с должности, так что Мурина арестовали прямо на рабочем месте.

На допросе задержанный рассказал, что все нужные сведения он передал Терентьеву, и тот приехал в Студенцы вечером накануне ограбления. Кроме самого Терентьева, в экспроприации участвовали также Михайловский, Гаврик и Кузьма Никитин, а в кустах на бричке их поджидал учитель Николай Иванов-Мартынов, который, как выяснилось на следствии, уже давно сочувствовал эсерам. Почтальону в ногу выстрелил Гаврик, которому показалось, что Прохоров хочет его ударить.

Когда налетчики приехали в Ольгино, то Михайловский с бывшим матросом ушли отсюда по кружной дороге. Терентьева же сельский учитель отправил в Самару со своим отцом, который, конечно же, ничего не знал об истинной цели приезда городского служащего в их деревню. Ну а вся огромная по тем временам денежная сумма, похищенная из почтового экипажа, — 30 с лишним тысяч рублей спокойно уместилась в заплечном мешке Терентьева...

Как следует из материалов архивного дела, самарским правоохранителям так и не удалось найти эти деньги. Вечером 4 октября на квартиру Михайловского пришел специальный представитель ЦК партии эсеров, которого в Самаре знали под кличкой Спартак. Положив всю сумму в большой саквояж, он тем же вечером отбыл из нашего города на пароходе в сторону Саратова. Агентурный розыск Спартака, немедленно организованный во всех городах Поволжья, результата не принес.

В июле 1908 года решением Особого Совещания в соответствии с Положением о государственной охране Ивану Михайловскому была назначена высылка в Тобольскую губернию под гласный надзор полиции. Евсея Мурина, Николая Иванова-Мартынова, Николая Козырева и Кузьму Никитина отправили в ссылку под Архангельск, а Ивана Терентьева — в Якутскую губернию. Об их дальнейшей судьбе в архивах сведений не обнаружено.

А в Самаре 19 декабря 1907 года на Дворянской улице выстрелом в упор из браунинга был убит начальник СГЖУ полковник Михаил Бобров - тот самый, приказавший начать оперативное расследование дерзкого налета. Согласно агентурным данным, при подготовке убийства полковника Боброва эсеры частично использовали те самые деньги, которые двумя с половиной месяцами раньше были похищены из почтового экипажа у села Студенцы.

 

А в Самаре 19 декабря 1907 года на Дворянской улице выстрелом в упор из браунинга был убит начальник СГЖУ полковник Михаил Бобров — тот самый, приказавший начать оперативное расследование дерзкого налета. Как затем установило следствие, этот террористический акт был совершен по решению ЦК партии эсеров, а его исполнителем стал активный боевик партии Петр Романов, работавший некоторое время столяром в одной из самарских мастерских. С места преступления ему удалось скрыться, и Романова смогли арестовать только в конце января 1908 года в одном из подмосковных поселков. Террорист был приговорен к расстрелу, который, впрочем, вскоре ему заменили на 20 лет каторги.

Согласно агентурным данным, при подготовке убийства полковника Боброва эсеры частично использовали те самые деньги, которые двумя с половиной месяцами раньше были похищены из почтового экипажа у села Студенцы.

Версия для печати
Комментарии
Авторизоваться через: Вконтакте facebook twitter google yandex Mail.ru
Ваше имя:
Комментарий:
Код с картинки: